Вверх
ЮСТ  /  Пресс-центр  /  Аналитика

Монополией по проходимцам

12.08.2013

Юрий Пилипенко, управляющий партнер Юридической фирмы «ЮСТ», Первый вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ, д.ю.н.

Адвокатская монополия на судебное представительство не отнимет у граждан возможности защищать себя: она коснется только таких дел, где необходимы гарантии профессионального уровня представителя. Это защитит как доверителей от мошенников, так и имидж адвокатского сообщества.

Дискуссия о необходимости введения в России адвокатской монополии на судебное представительство ведется уже несколько лет. Но политическая воля к реализации этой идеи, похоже, появилась только сейчас. Судя по всему, и правительство, и президент ее поддерживают и не желают затягивать ее практическое воплощение. Утвержденная правительством государственная программа «Юстиция» предусматривает вполне прозрачные сроки проведения реформы в сфере оказания квалифицированной юридической помощи. Завершение разработки законодательных актов намечено на конец 2013 года, их принятие — на ноябрь — декабрь 2014 года. И дай бог, чтобы этот план был осуществлен.

Аргументы оппонентов

Самые непримиримые противники адвокатской монополии — крупные государственные корпорации наподобие «Газпрома», «Сургутнефтегаза» или «Роснефти». Но, на мой взгляд, они неверно реагируют на неправильный посыл.

Дело в том, что у председателя Высшего арбитражного суда есть собственное видение адвокатской монополии. Видение это с нашей идеей слабо коррелирует и сводится к тому, что участвовать в качестве представителей при рассмотрении дел в высших инстанциях арбитражных судов должны только люди, получившие специальную лицензию на представительство в арбитражных судах. А что касается адвокатов, то они доступ к судебному представительству получают автоматически.

И вот наши крупнейшие промышленники опасаются, что в высших инстанциях арбитражных судов не смогут быть представителями их штатные сотрудники, которых они вырастили, выпестовали, а теперь придется нанимать адвокатов и платить тем деньги. А поскольку наши бизнес-гиганты предпочитают в основном иностранных адвокатов с почасовой оплатой, то и расходы предстоят немалые.

Путем получения штатными сотрудниками коммерческих организаций статуса адвокатов проблему тоже не решить. Прежде всего потому, что они сами психологически не готовы к подобной перспективе. В этом случае они будут вынуждены покинуть штат компании, а для большинства из них такое развитие событий неприемлемо. Для них звание адвоката после работы, скажем, в «Газпроме» будет казаться понижением социального статуса. Тут «Газпром» и оклад — солидный и регулярный, а там адвокатура.

Ну кто такой адвокат? Есть адвокат Резник, а есть, например, адвокат Пупкин. Резниками они не станут (и очень хорошо это понимают), ну а пупкиными, понятное дело, быть не хотят. Да и квалификационный адвокатский экзамен, думаю, многие не смогут пройти. Поэтому и протестуют против адвокатской монополии, утверждая, что она ограничивает их право на судебное представительство.

Один из главных аргументов наших оппонентов — вывод Конституционного суда РФ, сформулированный в постановлении от 16 июля 2004 г. № 15-п, которым была признана не соответствующей Конституции одна из норм АПК РФ. Согласно этой норме организация была вправе выбирать представителя, не состоящего в ее штате, лишь из числа адвокатов. Но наши оппоненты забывают упомянуть, что Конституционный суд не запретил адвокатскую монополию в принципе, а лишь указал, что она не совместима с действовавшим на тот момент законодательным регулированием. Поэтому все законодательные разработки, которые ведутся сейчас в рамках предстоящей реформы, учитывают позицию Конституционного суда.

Инструмент защиты

Однако адвокатская монополия вызывает опасение и у граждан — по поводу судов, где одной из сторон является физическое лицо.

Конституция РФ (ст. 48) предусматривает право каждого на квалифицированную (это ключевое слово!) юридическую помощь. Но сейчас ситуация на рынке юридических услуг, в том числе в сфере судебного представительства (за исключением конституционного и уголовного судопроизводства), такова, что к оказанию правовой помощи допускается фактически любой человек, на которого клиент оформил доверенность. Подобное положение вещей приводит к тому, что слишком большой процент доверителей сталкивается с неквалифицированной юридической помощью, а нередко и просто с мошенничеством.

И это проблема не только для граждан, как может показаться на первый взгляд, но и для адвокатского сообщества, на которое в такой ситуации «сыплются все шишки». Ведь у людей, пострадавших от некачественных юридических услуг, от недобросовестного представительства в суде, от мошенничества (когда, например, имярек взял деньги за участие в суде, а потом куда-то с ними исчез), складывается мнение, что во всем виноваты адвокаты. Заметьте: не юристы, не консультанты, а именно адвокаты. Хотя примерно в 90% подобных случаев адвокаты абсолютно ни при чем.

Так что адвокатская монополия — это инструмент защиты как доверителей, так и имиджа адвокатов, который позволит отстранить от судебного представительства проходимцев с доверенностями, зачастую не имеющих ни юридического, ни какого-либо другого образования.

Стандарты допуска и ответственность

Один из основных аспектов адвокатской монополии — введение единых стандартов допуска к судебному представительству. В отношении адвокатов и сейчас существует вполне прозрачная и жесткая схема стандартов допуска к профессии. А вот в отношении лиц, которые адвокатами не являются, но оказывают услуги в качестве судебных представителей, никаких стандартов не существует!

С введением адвокатской монополии ситуация должна качественно измениться: представлять интересы доверителя в суде сможет только лицо с юридическим образованием, имеющее стаж работы по юридической специальности не менее двух лет и прошедшее квалификационные испытания.

Сдать квалификационный экзамен достаточно сложно. Его принимает квалификационная комиссия из 13 человек, семь из которых — адвокаты, остальные шесть — судьи арбитражного суда, суда общей юрисдикции, представители управления Минюста в том субъекте Федерации, где сдается экзамен. Для наглядности приведу такой пример: в Москве отсеивается практически каждый второй претендент на приобретение статуса адвоката.

Для доверителей еще одно преимущество адвокатской монополии в том, что если к лицу со статусом адвоката есть претензии, то на него всегда можно пожаловаться в адвокатскую палату и шансы, что адвокат либо вернет деньги (если нет оснований их удерживать), либо добросовестно доведет до конца свою работу, очень велики. Дисциплинарная ответственность адвоката — реально работающий инструмент, применяемый к недобросовестным членам адвокатского сообщества. За последние десять лет статуса адвоката были лишены свыше пяти тысяч человек, это примерно 10% от общего количества адвокатов.

Гарантии профессионального уровня

Одно из главных заблуждений относительно адвокатской монополии сводится к мнению, что адвокаты стремятся монополизировать сферу оказания юридической помощи в целом и никто, кроме них, не будет наделен правом представлять в суде интересы физических и юридических лиц.

Но это совсем не так. Сейчас в России, по статистике, примерно 70 тысяч адвокатов. Даже с учетом того, что их число растет, очевидно, что они не смогут удовлетворить все потребности рынка юридических услуг.

<…>

Продолжение см. подробнее


Назад к списку